Бывает, что разговор вроде бы об одном идёт, но в памяти остаются и совсем параллельные темы. Помню, встречались с поэтом Э.М. Жемлихановым, когда в 1992 году только вышла его книга «Я здесь живу». Книга шикарная – в твёрдой обложке, более 330 страниц…
Хорошо поговорили дома у поэта, сделал в газету информацию о событии. Но постоянно в голове гвоздём с тех пор сидел момент того, что татарин по рождению пишет стихи только на русском языке, хотя и мечтает увидеть их на языке своих предков – на татарском.
Я спросил тогда Энвера Мухамедовича:
– А если перевести стихи поэта Жемлиханова на татарский? Вам будет интересно это?
Поэт улыбнулся:
– Буду рад, если так случится.
На этом – всё. Чего попусту говорить. Нет вариантов – нет разговора. Чего зря воздух сотрясать?
А потом, к 2000-м, как-то само собой сложилось сотрудничество с казанским журналом «Чаян» («Скорпион»). Собственно говоря, в пожарной части № 1
(ул. Ленина, д. 16) проходил практику мой отец, курсант нынешнего университета МЧС в Петербурге, в ТАССР – Татарстане живут наши родственники, поэтому прессу республики я хорошо знал.
Отправил письмо – напечатали. Отправил второе – тоже. И так всё дружно пошло, что я начал публиковаться чуть ли не в каждом номере. А потом набрался смелости и отправил в Казань книжки стихов Э.М. Жемлиханова с просьбой подумать насчёт их перевода.
Кому и куда
Вспомним сейчас эту историю, благо переписка тогда велась посредством бумажных писем и всё можно перечитать, перебирая красочные конверты. Первое важное письмо – от главного редактора «Чаяна»:
«26 сентября 2001 г.
Уважаемый Андрей Борисович!
Приветствую Вас из казанского далёка. Благодарю Вас за активное сотрудничество.
Материал о рекламе обработан и запланирован в № 22. Мы несколько задержали было стихи Энвера Жемлиханова. Докладываю: сделали солидную подборку с Вашим сопро-водительным текстом. Стихи у него очень добротные. Наш сотрудник, хороший поэт Зульфат перевёл стихи на татарский язык. Так что Энвер Жемлиханов прозвучал на своём родном языке. Посмотрите подборки, радуйтесь вместе с нами. Спасибо!
С благодарностью, Рашид ЗАКИЕВ.
Приписка от руки:
P.S. В «Чаяне» № 17 я высказался о чаяновской России. О вас там сказано».
Второе письмо пришло следом за первым:
«Уважаемый Андрей Борисович!
По поручению главного редактора (Р.К. Закиева – А.К.) сообщаю Вам, что материал о Жемлиханове вышел в № 18, который Вам и высылаем. Его немного задержали, т. к. переводили и на татарский язык. Кроме того, скоро выйдет в свет и Ваш фельетон «Карамель из мухоморов».
Мы поздравляем Вас и благодарим за такое активное участие в журнале. Ждём новых материалов.
Всего доброго, редактор отдела писем Л. ЧАЩИНА».
Публикация
И вот, наконец, вышел № 18. Там, бы-ло моё небольшое предисловие:
«Семья татарских купцов Жемлихановых имела в своё время два магазина, два парохода на Волге, за что и поплатилась. Очень скоро былое богатство стало восприниматься, как далёкий сон. Вся жизнь пошла наперекосяк. Судьба забросила в город Великие Луки мальчика Энвера, который стал здесь членом Союза писателей СССР. Энвер Жемлиханов (1936– 1995) писал стихи, хорошо рисовал, пел, играл на гитаре и пианино. А ещё, закончив Литинститут, не погнался за призрачными высотами, а остался в ставшем родным городе простым станочником на заводе.
Человек был, словом, яркий, самобытный, не вписывающийся ни в какие ранжиры. Партийные чиновники его не любили, а в городе с этим поэтом было связано немало интересных историй. Хочу предложить читателям «Чаяна» стихи нашего известного земляка и несколько любопытных историй, связанных с поэтом».
Далее следовали стихи Жемлиханова:
Мысли тридцатилетнего
Прозренье наступило поздно, –
В судьбе такая канитель.
Февраль играет. Небо звёздно.
В календаре моём – апрель!
Бездумно дни мои летели –
Метелью застившие свет.
Здоровый дух в здоровом теле…
А дух созрел лишь в тридцать лет!
Как мне до истины добраться –
До подноготной, без прикрас?
То, что узнать я должен в двадцать, –
Ко мне доходит лишь сейчас.
Я вырастал не где-то с краю,
Был на башку не туповат.
С кого спросить, и сам не знаю,
За скупость этих киловатт!
Наверно, харч был очень постным,
Или бездумье прошлых дней?..
Ко мне доходит всё так поздно!
Ну и добро: умру поздней.
***
И хвастаться нечем:
Я жил налегке.
Случалось быть певчим
По пьяной руке.
Не пелось – мычалось
За крохи-гроши.
А больше молчалось,
Жилось вполдуши.
Скажи мне, доколе
Ломить наугад:
Бескормица в поле,
И в цехе – разлад?
Кричу напоследок
Остатним летам:
Ни так и ни эдак,
Нет тут и не там!
Прости: я не самый
Твой преданный сын,
Ни красного сана,
Ни мудрых седин…
Были размещены и мои миниатюры:
Первый памятник Рубцову
Когда Жемлиханов учился в Литинституте, в числе его сокурсников были Борис Примеров и Николай Рубцов, с которыми ему, кстати, даже приходилось ночевать в одной комнате. Талант Рубцова даже в те годы был очевиден. И вот как-то, посмотрев на бетонный куб, стоявший во дворе общежития, поэты с участием Жемлиханова присудили его Николаю, как первый ему памятник.
Шесть стульев
В молодости Энвер частенько говорил жене Лиле:
– Нам с тобой почти ничего не надо. Стол, стул, да ещё минимум шесть стульев…
– Но почему шесть?
– Тебе, мне и друзьям.
Продублировали
Важно, что татарский вариант текста появился в том же № 18. То есть входил в число ключевых материалов номера. Кто-то спросит: а в чём тут соль? А соль в том, что текст, который входил в русский номер журнала, не обязательно попадал в татарский.
Да, журнал дублировался на двух языках, но верстался, исходя из важности и значимости материала. Поясню на конкретном примере своей коротенькой заметки. Русский текст был опубликован в № 5 , с. 16, за 2003 год:
«Сидел на кухне. Пил чай. Слышу, на Радио России Маргарита Лянге беседует с заместителем главного редактора «Нового Крокодила» Л. Флорентьевым, да сообщает о том, что к их разговору сейчас подключается главный редактор «Чаяна».
«Хорошо, – думаю. – Послушаю». А тут слушать довелось аж две своих «Старых песни о новом». Если бы не сидел уже на стуле, так бы и сел.
Неожиданно. Приятно. Так бы и пил тот чай круглосуточно».
При этом тот же самый текст на татарском языке уже прошёл в журнале № 3, с. 13, за 2003 год. Откуда этот момент так хорошо знаю? Дело в том, что иногда по подписке почта вместо русского журнала доставляла татарский. А некоторые номера я и сам заказывал в редакции именно на татарском. Как, например, номер со стихами Жемлиханова, переданный сразу же в библиотеку.
Свою печатную благодарность высказал в № 3 журнала за 2002 год:
«Великолукская правда» о «Чаяне»
«Среди громадного семейства сатирико-юмористических журналов СССР татарский «Чаян» заметно выделялся уже тогда. Выделялся своей теплотой, демократичностью по отношению к так называемым простым людям и дотошной нетерпимостью к бытовым неполадкам и социальным проблемам. В своё время
(в 1983 году) он меня лично поразил ещё и тем, что предпочитал решать в первую очередь местные проблемы, а «борьба с мировым империализмом» была у него на заднем плане, если вообще присутствовала. Прицел, как выяснилось, у него оказался самым верным, поскольку великую державу – СССР уничтожили всё-таки не империалисты, а более опасные враги – местные бюрократы да партийно-советские чиновники горбачёвско-ельцинского призыва, люди без стыда, совести и чувства юмора.
Символическим выглядел факт подарка главного редактора общесоюзного «Крокодила» Мануила Семёнова миниатюрных золотых вил их журнала казанскому «Чаяну». И сейчас, в отсутствие «Крокодила», он фактически стал лидером юмористической прессы страны, став лауреатом VI фестиваля прессы «Вся Россия-2001». 20 страниц полноцветной печати два раза в месяц, 35-45 карикатур в одном номере, около сотни постоянных художников, авторский актив не только Татарстана, но также Москвы, Петербурга, Ярославля, Ульяновска, Воронежа и многих других городов ближнего и дальнего зарубежья, масса конкурсов среди взрослых и юных читателей.
Представлены широко в этой географии и Великие Луки. На страницах «Чаяна» публиковались рисунки Амира Фарукшина и Валентина Щёголева, произведения Татьяны Лапко, Александра Никифорова, Юлии Лапко, Петра Румянцева, Андрея Канавщикова.
А в № 18 за 2001 год прошла подборка стихов и житейских историй поэта Энвера Жемлиханова. Более того: стихи Жемлиханов татарским поэтом Зультфатом (Д.Г. Маликовым), одним из ведущих поэтов Татарстана, были переведены на татарский и одновременно вышли в татарском номере журнала. Так историческая родина поэта отметила 65-летие со дня его рождения».
Продолженное тепло
Можно сказать, что Жемлиханов ещё теснее объединил тогда Казань и Великие Луки. Заведующий отделом фельетонов, заместитель главного редактора Р.И. Халилуллов потом приезжал к нам в город на празднование выхода 20-тысячного номера «Великолукской правды».
Потом в № 21 за 2003 год появилась целая подборка великолукских авторов – «Великолукский сувенир». А вот и свидетельство той поры – письмо от Рафаэля Исмагиловича, написанное от руки:
«Уважаемый Андрей Борисович!
С удовольствием высылаю номер с «Великолукским сувениром». По-моему, получилось вполне симпатично. Первый блин не комом! Ждём ещё материалов от «нашего филиала»!
Рассказ «Снежный человек» пойдёт отдельно – так решил Закиев. Ещё раз спасибо за гостеприимство и творческую помощь. Всего вам доброго!
С уважением, Рафаэль Халилуллов».
С 2010 года Р. И. Халилуллов возглавляет журнал. В 2024 году отметил своё 70-летие. Опытный, яркий журналист и хороший человек.
Переводчик
К сожалению, нет в живых Зульфата. Напомним его биографию по материалам tatarlar.info. Дульфат Гусманович Маликов родился 3 января 1947 года. Окончил отделение татарской филологии Казанского государственного университета. Здесь он обучается в 1965–1969 годах. С 1969 года работает в сфере журналистики: шесть лет в редакции журнала «Чаян», а после окончания в 1977 году Высших литературных курсов при Союзе писателей СССР в Москве литературным работником в редакции газеты «Яшь ленинчы» (ныне «Сабантуй»). С осени 1983 года он вновь переходит в «Чаян» и начинает руководить там отделом литературы и искусства.
Что касается литературы, то в 1971 году появляется его первый сборник «Язмышлар ярында», вступительное слово к которому пишет Х. Туфан. Следующая книга «Утлы бозлар» – 1978 год, третья «Адашкан болыт» – 1990. В 1995 году издается четвертая книга («Ике урман арасы»), в которую вошли его избранные произведения.
У Зульфата есть и юмористические произведения, а также пьесы «Җен кызы», «Гасырдан озын бер көн», «Ат өреккән бер төн». Он является автором первого татарского либретто для детей «Мәкерле Песи» (композитор Л. Хайретдинова; за эту оперу обоим авторам вручена Республиканская молодежная премия им. М. Джалиля). Он также является переводчиком драмы Ф. Шиллера «Юлбасарлар», комедий – «Йөгәнсезгә авызлык», «Биюче» (Лопе де Вега), которые долгое время украшали репертуар Татарского государственного академического театра им. Г. Камала. В 1993 году Зульфату присвоено почетное звание «Заслуженный деятель искусств Республики Татарстан». С 1998 года был членом Татарского ПЕН-центра Международного ПЕН-клуба.
В 2000 году за книги «Ике урман арасы» и «Йөрәгемне былбыл чакты», в которых были изданы его произведения девяностых годов, поэт был удостоен Госпремии Республики Татарстан имени Габдуллы Тукая).
Ушёл из жизни Зульфат 15 мая 2007-го. «Чаян» простился с ним в № 11. Всего несколько предложений оттуда: «Когда московские критики попросили Сибгата Хакима назвать талантливых татарских поэтов, классик ответил: «Зульфат!». «А ещё?». Сибгат-ага на секунду задумался: «Зульфат…».
Выходец из самой что ни на есть татарской глубинки, он достиг высот образования и культуры. Зульфат одинаково хорошо знал культуру и Востока, и Запада. И они, вопреки Киплингу, сошлись в его переводах».
Родные языки
Вспоминая рассказанную историю, вдруг подумалось: а случилось бы многое из рассказанного, если бы не начальная мысль о переводе стихов Жемлиханова на татарский? Были бы мои письма в «Чаян», были бы все эти встречи, письма и публикации? Был бы приезд Р.И. Халилуллова в Великие Луки?
Многого бы не было. И хорошо, что оно было! Дружба всегда созидательна. Она всегда к месту и всегда нужна.
А. КАНАВЩИКОВ