Ещё недавно громкие коррупционные дела воспринимались как отдельные скандалы – что-то вроде неприятных, но редких происшествий. Резонансными считались дача взятки таможеннику или инспектору ГИБДД. Сегодня ситуация выглядит иначе: задержания чиновников, уголовные дела и изъятия миллиардов рублей стали частью новой реальности.
Борьба с коррупцией – это не разовая кампания, а системная работа, которая включает и выявление уже совершённых нарушений, и профилактику, и совершенствование законов. Статистика Генпрокуратуры не оставляет сомнений: эта работа становится всё масштабнее. В первом квартале 2025 года было выявлено на
24 % больше коррупционных преступлений, чем за тот же период 2024 года. Число взяток выросло ещё заметнее – на 29 %. Впечатляют и суммы изъятого имущества. В 2025 году у коррупционеров конфисковали активы на рекордные 1,6 триллиона рублей. А только за первый квартал 2026 года эта цифра составила ещё 151,5 миллиарда рублей – и это уже больше, чем было изъято за весь 2024 год. Это показывает: речь идёт не о случайных эпизодах, а о системной работе правоохранительных органов.
Борьба с коррупцией в 2026 году демонстрирует, что практика по таким эпизодам сохраняет высокий темп и охватывает сразу несколько стадий – от задержаний и арестов до вынесения приговоров и обращения активов в доход государства. В фокусе оказываются как должностные лица регионального и муниципального уровня, так и представители силовых структур, госкорпораций, судебной системы и подрядного бизнеса. В материалах дел вновь фигурируют взятки, злоупотребление полномочиями, мошенничество, фиктивное трудоустройство, лоббирование аффилированных компаний и сокрытие имущества через родственников и доверенных лиц.
Государство продолжает реагировать на коррупционные эпизоды не одним инструментом, а сразу несколькими. Следствие изолирует фигурантов на стадии расследования, суды выносят реальные сроки и назначают крупные штрафы, а прокуратура параллельно через отдельные процессы добивается изъятия имущества, происхождение которого не подтверждено законными доходами. В результате формируется цельная картина: коррупционные схемы получают не только уголовно-правовую оценку, но и имущественные последствия, затрагивающие бизнес, недвижимость, транспорт и иные активы.
Громкие дела по России: масштаб и системность
Список резонансных дел 2026 года показывает, что проверки охватывают самые разные уровни власти – от муниципалитетов до федеральных структур и госкорпораций. Практика применения мер пресечения по коррупционным делам остается достаточно жёсткой и последовательной.
Одно из громких дел нынешнего июля. Экс-главу Росавиации Александра Нерадько задержали по подозрению в мошенничестве, совершённом организованной группой в особо крупном размере. Он руководил ведомством с 2009 по 2023 год, и за это время неоднократно звучала критика в его адрес – в частности, из-за снижения критериев подготовки пилотов, что привело к аннулированию лётных свидетельств двух вузов. По данным СМИ, представления о снятии Нерадько с должности поступали из Генпрокуратуры.
В прошлом году силовики задержали его заместителя Сергея Тимошенко, занимавшего должность заместителя губернатора Брянской области в 2019–2021 годах. По версии следствия, Тимошенко курировал в регионе строительство и капитальный ремонт социально значимых объектов по государственным и муниципальным контрактам и получил от бизнесменов за покровительство более 4 млн рублей. Дело может стать маркером системных проблем в контроле за расходованием бюджетных средств в крупных ведомствах.
Глава Следственного комитета Александр Бастрыкин возбудил уголовное дело в отношении судьи Тверского областного суда в отставке Владимира Колпикова по ч. 4 ст. 159 УК РФ (мошенничество в особо крупном размере). По версии следствия, в 2022 году судья предложил адвокатам фигурантов уголовного дела переквалифицировать обвинение на менее тяжкие статьи за 10 млн рублей, полученных от близких обвиняемых.
Бывший руководитель департамента техники и вооружения Росгвардии генерал-майор Константин Рябых в марте признан виновным в получении взятки в особо крупном размере и приговорён к 12 годам колонии строгого режима. Ему также назначен штраф в 34 млн рублей, конфискованы 17 млн рублей и имущество на 40 млн рублей; он лишён звания и права занимать госдолжности на пять лет. Следствие установило, что за взятку в 15 млн рублей Рябых содействовал заключению контракта на 1,3 млрд рублей с компанией «Оружейная палата» на поставку БПЛА и комплексов противодействия дронам, которые оказались непригодны к использованию.
В середине марта следственные органы расширили обвинение в отношении бывшего главы ЗАТО Звёздный городок Евгения Баришевского: выявлено ещё шесть фактов получения взяток. По версии следствия, с 2023 по 2025 год он совместно с первым заместителем получал незаконные вознаграждения от предпринимателей за «общее покровительство» и беспрепятственную приёмку работ по муниципальным контрактам. Общая сумма вновь выявленных взяток – почти 10 млн рублей. Ранее Баришевский уже обвинялся в получении взятки в 365 тыс. рублей за приёмку работ по благоустройству дошкольного учреждения.
Следственный комитет предъявил обвинения 15 участникам коррупционной схемы в АО «Мособлгаз», среди которых пятеро – действующие и бывшие сотрудники компании. В течение двух лет начальник управления развития газовых сетей и его подчинённая получили более 9 млн рублей от коммерческих компаний за ускоренное оформление технических условий для подключения к газовым сетям и одобрение заявок на увеличение лимитов потребления газа.
По данным Генпрокуратуры, коррупционные риски распределены по отраслям неравномерно. Чаще всего проблемы возникают там, где государство одновременно выступает заказчиком, регулятором и источником финансирования.
Лидирует правоохранительный блок – на него приходится 28 % дел. На втором месте – строительство и ЖКХ (18 %). Далее идут экономика и промышленность (11 %), транспорт и природопользование (по 8 % каждый).
Закономерность проста: чем сложнее и непрозрачнее процедуры, чем длиннее цепочка согласований и труднее проверить реальный результат, тем выше риск столкнуться с нарушениями. Именно поэтому зоны максимального риска – это крупный инфраструктурный госзаказ, управление земельными ресурсами, госкорпорации и другие сферы, где пересекаются большие деньги и сложные процессы.
Единая цепочка противодействия
Рассмотрение уголовных дел по борьбе с коррупцией в 2026 году демонстрирует устойчивую практику назначения значительных сроков лишения свободы и комплексных санкций. В приговорах фигурируют как региональные чиновники и представители силовых структур, так и участники коммерческих и посреднических схем. Судебные решения охватывают широкий спектр составов: от по- лучения взяток и мошенничества до злоупотребления должностными полномочиями и участия в организованных преступных группах. При этом особое внимание уделяется не только факту незаконного обогащения, но и роли фигурантов в распределении бюджетных средств, заключении госконтрактов и влиянии на административные процессы.
Один из примеров. Задержан начальник управления вагонного хозяйства в подразделении Центральной дирекции инфраструктуры РЖД. Его подозревают в получении взятки в размере 12 млн рублей за содействие коммерческой организации в заключении выгодных контрактов на ремонт грузовых вагонов и поставку запчастей, а также за контроль приёмки работ. Схема действовала почти два года. Вместе с чиновником задержан предполагаемый посредник; оба признали вину на допросе.
Параллельно с уголовным преследованием в 2026 году продолжает активно применяться механизм обращения имущества в доход государства. Гражданско-правовые иски прокуроров позволяют изымать активы, происхождение которых не подтверждено законными доходами, независимо от стадии уголовного разбирательства. В фокусе борьбы с коррупцией в 2026 году оказываются как недвижимость и транспорт, так и корпоративные структуры, финансовые активы и предметы роскоши. Основания остаются типичными – несоответствие доходов и расходов, сокрытие имущества через аффилированных лиц и использование должностного положения для формирования теневых активов.
В начале июля 2026 года Федеральная служба судебных приставов обратила в доход государства имущество бывшего судьи Верховного суда и экс-председателя Совета судей Виктора Момотова. В собственность государства перешли 97 объектов недвижимости в разных городах России – Москве, Краснодаре, Воронеже, Калининграде, Ростове-на-Дону, Волгограде, Нижнем Новгороде и Вологде. В том числе – два земельных участка самого Момотова, 18 участков, оформленных на его сына, и 77 участков и объектов, зарегистрированных на аффилированного с ним предпринимателя.
По версии Генпрокуратуры, экс-глава Совета судей использовал служебное положение для обхода антикоррупционных ограничений и легализации активов через третьих лиц. В числе изъятого – сеть Marton из 40 отелей в Краснодарском крае, Ростовской, Воронежской и других областях; общая стоимость активов – около 9 млрд рублей.
Еще один пример. Ленинский районный суд обратил в доход государства имущество депутата городской думы Краснодара Виктора Тимофеева и связанных с ним лиц. По данным суда, Тимофеев, пользуясь административным ресурсом, лоббировал интересы подконтрольных ему организаций: обеспечивал заключение контрактов на детские перевозки, при этом муниципальные учреждения более 15 лет безвозмездно передавали автобусы этим фирмам. За 14 лет подконтрольные ему компании получили под- рядов на 5 млрд рублей, а сами перевозки шли с нарушениями безопасности. В доход государства обращены 100 % долей в трёх организациях, 16 объектов недвижимости, 25 земельных участков и семь транспортных средств общей стоимостью более 10 млрд рублей.
Таким образом, практика изъятия имущества по коррупционным делам в 2026 году подтверждает, что конфискации и обращения активов в доход государства становятся неотъемлемой частью антикоррупционного механизма. Речь идет не о единичных решениях, а о системной работе по возврату незаконно приобретенных ресурсов – от недвижимости и транспорта до бизнеса и финансовых активов.
В более широком контексте аресты, приговоры и конфискации складываются в единую цепочку правоприменения. Следствие инициирует уголовные дела и добивается изоляции фигурантов, суды назначают реальные сроки и дополнительные санкции, а через гражданские процедуры государство последовательно изымает экономический результат преступлений. Такая связка мер постепенно лишает коррупционные схемы их ключевого стимула – материальной выгоды – и формирует устойчивую практику, при которой незаконно полученные активы возвращаются в публичный оборот. Благодаря этому борьба с коррупцией и в 2026 году не сбавляет своих оборотов.
Псковская область и Великие Луки: локальные проявления общей тенденции
Общие тенденции противодействия коррупции заметны и на региональном уровне. Псковская область – не исключение из общей картины. Здесь, как и в других регионах, коррупционные схемы чаще всего затрагивают сферы, где есть доступ к бюджетным средствам и административным ресурсам: местное самоуправление, образование, здравоохранение, ЖКХ и дорожное строительство.
В Псковском городском суде продолжается рассмотрение дела экс-ректора ПсковГУ Натальи Ильиной. В 2022 году она была задержана по подозрению в организации преступной группы, которая вымогала у сотрудников университета часть их премиальных выплат. Эта схема действовала в течение нескольких лет и позволила присвоить значительные сред- ства. Дело получило широкий общественный резонанс и стало символом того, как коррупция может проникнуть даже в академическую среду. Экс-руководитель обвиняется в мошенничестве (ч. 4 ст. 159 УК РФ) и 16 эпизодах превышения должностных полномочий (ч. 1 ст. 286 УК РФ). В совокупности ей может грозить до 15 лет лишения свободы.
В апреле 2026 года в суд направлено дело полицейского, которого обвиняют в вымогательстве взятки у предпринимателя. А в июне 2026 года сотрудники Управления экономической безопасности и противодействия коррупции УМВД по Псковской области задержали семейную пару из деревни Подосье. Их подозревают в незаконной банковской деятельности: женщина через счета ИП помогала организациям легализовывать доходы, а муж выступал курьером. По предварительным данным, с января 2024 по февраль 2026 года через банкоматы Пскова было обналичено около 119 млн рублей.
8 июля Псковская транспортная прокуратура утвердила обвинительное заключение по уголовному делу в отношении инспектора таможни. Его обвиняют в получении взятки в крупном размере за совершение незаконных действий (п. «в» ч. 5 ст. 290 УК РФ). По версии следствия, с октября 2020 года по март 2025 года он способствовал беспрепятственному перемещению санкционных товаров на территорию Псковской области. За это он получил от участника внешнеэкономической деятельности около 400 тысяч рублей. Уголовное дело направлено в Не- вельский районный суд для рассмотрения по существу.
В Великолукском городском суде завершилось разбирательство по делу двух бывших бухгалтеров аптечной сети. Они на протяжении нескольких лет незаконно обогащались, начисляя себе дополнительные премии и необоснованно завышая заработную плату. За три года сумма незаконно полученных выплат превысила 3,5 миллиона рублей. Несмотря на попытки скрыть следы преступления и отрицание вины, государственный обвинитель представил суду неопровержимые доказательства. Суд признал женщин виновными по ч. 4 ст. 159 УК РФ и назначил каждой наказание в виде двух лет лишения свободы в колонии общего режима.
Прокуратура города Великие Луки признала законными и обоснованными постановления о возбуждении уголовных дел в отношении двух студентов Великолукской государственной сельскохозяйственной академии. Их подозревают в даче взятки должностному лицу за совершение незаконных действий (ч. 3 ст. 291 УК РФ). По данным следствия, в период с 2019 по 2022 год студенты передали заведующей кафедрой 38 тысяч и 45 тысяч рублей за выставление положительных оценок без фактической сдачи экзаменов. Ход и результаты расследования находятся на контроле прокуратуры. Санкции статьи предусматривают штраф до 1,5 миллиона рублей либо лишение свободы на срок до восьми лет.
Коррупция – это не просто криминальное явление, а хроническая болезнь государственных институтов, подтачивающая доверие граждан к власти, искажающая экономику и приводящая к прямому ущербу бюджету. В последние годы борьба с коррупцией в России вышла на новый уровень: от разрозненных акций – к системному подходу, опирающемуся на цифровые технологии, ужесточение законодательства и усиление профилактических мер. Однако, несмотря на громкие заявления и рост статистики выявленных преступлений, вызовы остаются серьёзными, а эффективность борьбы предстоит усиливать.
М. Озерова